Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

Я

Острова

В Стране Восходящего Солнца светило застряло. Компактно слезами и кровью стекает страна. Полыни-звезды небесам было мало. В расшитых кимоно колокола. Земная ось устала и сошла. Остановите Хиросиму и Цунами. Я выйду в море, рис, свободу, на Луну. Безбрежна боль за утлыми бортами. Клыками зверя в клочья тишину. А горя пух и тает и летает. Дал трещину божественный сосуд. Таинственный народ за избранность страдает. Восхода самураи всё снесут.

С Востока слышен дальний перезвон.
Собачий вой изранил тишину.
Сквозь землю бьют японские колокола.



© Юрий Жуковский

日出づる国は輝き息を止めた
祖国はちぢこまって涙と血を流す
天空狭しとちりばめられた凍てつく星
鐘の模様の着物
地軸は疲れて狂った
広島と津波をとめよ
我は往く 海へ、田へ、自由へ、月へ
朽ちた船を落ちる、限りない痛み
獣のように静けさを噛み裂く
悲しみは羽根のように舞い消える
恩寵の杯はひび割れ
神秘の民は選ばれたものの苦しみを味わう
サムライが立ち上がり、すべてを壊し去る

東から遠く聞こえる鐘の音
静寂を破る遠吠え
地を通して響く日本の鐘

Перевод:

© Гааз Кадзуэ
Я

Малыш, мы уедем в Хабаровск...

Малыш, мы уедем в Хабаровск
Из нашей духовной тюрьмы,
Где много китайских товаров
И мало следов Сатаны.

Мы - точки холста демиурга,
Следы от слоящихся нарт,
Мы в сердце уральского -бурга,
Геройски сразимся за парк.

В ошмётках московского дела
Пойдём по России гулять.
В котле перемен постарела
Навеки уставшая мать.

Нас кормят враньём и мощами,
И тычут распятием скреп.
Танцуют убийцы с ворами
В саду непотянутых реп.

Под ливнями геостратегий
Чиновно кружит вороньё,
А в нашем замедленном беге
Нам ранит подошвы жнивьё,

Сухое, как стон междометий,
Как дух залежалый казарм,
Бока озверелых столетий
Сжимает вожжами жандарм.

И кружат погибшие души,
Сжигая рубины Кремля,
Сметая тоску и удушье,
Расстрелы, войну, лагеря.

Малыш, мы уедем с тобою
На дальний, сверхдальний восток,
Где снова готовится к бою
Свободы взошедший росток.

Там жёстки с Москвою дебаты,
В дозоре ночном и дневном
Там рыцари в солнечных латах
Готовы сражаться со злом.

В желанье свободы и света
Хабаровск сплотился стеной,
И лозунг палящего лета:
«Москва, убирайся домой!»

Сиди там, шифруйся и хапай,
Летит уже твой воронок.
Восток твой уходит на Запад,
А Запад идёт на Восток.

Малыш, не постигнет нас горе,
Найдём мы потерянный рай,
Нас манит Японское море,
Нас манит Хабаровский край.

Юрий Жуковский

Стихотворение "Малыш, мы уедем в Хабаровск..." исполняет актёр и режиссёр Эривн Гааз:

https://www.youtube.com/watch?v=f7ebm63Y20U

Стихотворение "Малыш, мы уедем в Хабаровск..."  на моей странице на Фейсбуке:

https://www.facebook.com/YZhukovski/posts/3184024865015257

Заходите, смотрите, читайте.
Я

Защитите детей

Детей нужно защищать. От горя, боли, невзгод и государства. Детей не нужно подавлять. Они вырастут свободными. Нужно подавлять эмоции в присутствии детей. В жизни ребёнка всегда должна быть сказка. Ребёнок, утративший веру в чудо, становится скучным взрослым. Взрослый, подавивший эмоции, не выплеснув их на ребёнка, зажигает свет, ибо не ломает того, кого приручил по праву рождения. Растить не сломанного – требует незаурядного терпения и времени, отданного человеку. Это счастливое время, если и не воздастся. Погружать ребёнка в реальность, готовя к грядущему разрушению иллюзий, - преступление. Отдавать детей на войну – скотство. Во имя не разрушенных у взрослых иллюзий.

Помните – дети нуждаются в вашей защите. Дети нуждаются в вашей любви. Нуждаются не в подачках, а в проявлениях человеческого, разлитого в любви.

Я не знаю, что такое день защиты детей. Дети – это наша ежедневная растрата чувств, эмоций, сил, это наша жертва, жгущая свет. Счета к оплате придут позже. При полном отключении. Если вы не считаете траты на детей, тьмы не будет.

Я

Мои детские стихи

30 июля у девчушек-двойняшек Юты Певицы  случился День рождения. На двоих им исполнилось четыре года, по два на каждую. Я поздравил их:

Маша, Катя, Вас покатит
Синеглазый фаэтон,
За бочок волчок ухватит
И отпустит вам поклон.

Ночь уходит тихой ланью,
День огнём зрачков кипит,
Жизнь  в искрящихся касаньях
Сонным псом у ног лежит.

И прекрасный День рожденья
Вам достался впополам,
И чудесные виденья
Постучатся в гости к вам.

С мамой Анею скольженье
Будет плавным и лихим,
Синеглазого движенья
Колокольчик невредим.

© Юрий Жуковский


Куда уходит детство?

Куда уходит детство?
В волшебный яркий шкаф,
В весёлое соседство
Мохнатых тёплых лап.
Оно не уходило
Во времени песок,
В мелодию винила,
В край, где застыл звонок.
Весёлый, резвый мячик,
Как гулкий метроном,
Всё скачет, скачет, скачет,
Как память за углом.
Как кошка, чутко, сладко,
Свернувшись, время спит.
Забытая тетрадка…
И детство победит.

25 апреля 2012
© Юрий Жуковский
Я

«Вы смотрите устрицей из раковин вещей»

«Я люблю смотреть, как умирают дети», - писал Маяковский. И был предан многократной анафеме за свои слова. Нынче в «Новостях» смачно показывают лысых детей, смакуют трупные подробности, в интернете баннеры подмигивают уродливыми органами.  Вероятно, благопристойные граждане любят смотреть и обсуждать, как умирают дети. Впитав эмоциональные травмы СМИ, они смело  и жёстко травмируют окружающих. Что случилось с миром? Он утонул? Или шестидесятники должны пребывать в непрестанном восторге, ибо их эстетика «правды жизни» тотально победила в «Новостях»? Присутствует избыточность натурализма, но как правдив он, а? Конвейер СМИ успешно и эффективно давит всей своей мощью образы, «газетных тонн глотатели» презирают коллективно отдельных высокомерных поэтических кликуш.


 Это душа моя
клочьями порванной тучи
в выжженном небе
на ржавом кресте колокольни! - писал Маяковский, там же.

Данное высказывание может быть в нынешних временах откомментировано елейно, паточно и бронзово на канале «Культура», и не замечено торжествующими жёлтыми лидерами праймов.

И дело не в том, что Маяковский был одинок, «как последний глаз у идущего к слепым человека», эту картинку можно нарисовать графикой для сюжета из гущи правдивой жизни, а в том, что не у кого спросить: "Вы прибоя смеха мглистый вал заметили за тоски хоботом?" Впрочем, Маяковский тоже спрашивал это ни у кого. Новостному зверю нужно мясо фактов. Фак тов арищи (не áрийки) А мейнстрим объяснит благообразно, с фактурной подкладкой и синхронами критиков неустойчивость раннего периода, преобразованного куда-нибудь впоследствии обществом. А в беспрецедентном журналистском расследовании неоспоримо докажут, что хобота не было.

А Маяковский… Он шелестящей нежностью выстилает шаг и перелистывает беззвучно гроба том и растрёпанные страницы своих книжек через вечно взметённый карнавал и не влезает в небесной передней сломанная дрожью рука в рукав тысячедневных мук  выжженной любовью цветущей души.